Бельгийский хореограф Сиди Ларби Шеркауи показал свой спектакль Puz/zle на сцене в природном карьере Carriere de Boulbon на театральном фестивале во французском Авиньоне
 
 
 
Бельгийский хореограф Сиди Ларби Шеркауи показал свой спектакль Puz/zle на сцене в природном карьере Carriere de Boulbon на театральном фестивале во французском Авиньоне
toutelaculture.com

Бельгийский хореограф Сиди Ларби Шеркауи показал свой спектакль Puz/zle на сцене в природном карьере Carriere de Boulbon на театральном фестивале во французском Авиньоне, передает РИА "Новости".

В Carriere de Boulbon в середине 1980-х показывали "Махабхаратту" Питера Брука - легендарный спектакль, начинавшийся поздно вечером и заканчивавшийся с лучами восходящего солнца.

Странное, мистическое искусство труппы Шеркауи в сопровождении живой этнической музыки, в окружении массивов горных пород, под звездным небом - тоже необычное зрительское переживание.

Картинка спектакля Puz/zle складывается из взаимодействия танцовщиков с белыми квадратными платформами, из которых они пытаются что-то построить. Белые блоки складываются в предметы, напоминающие то башни, то крепости, то храм. Люди ищут позы, стремятся к гармонии своего тела, но плавных движений в спектакле почти нет, все очень эмоционально и экстатично.

В аннотации к спектаклю говорится о том, что постановщик в своем новом спектакле, созданном специально под пространство Carriere de Boulbon, задается вопросом - как найти свое место в ансамбле, как части могут складываться в целое? Шеркауи будто пересматривает историю цивилизации с позиции тела, с позиции постоянной борьбы стремления к объединению и желания быть одному. В финале все артисты уже в современной одежде - майках, шортах, толстовках. На белой стене кто-то рисует баллончиком приоткрытую дверь. Но двери в спектакле Шеркауи призрачны, а стены ненадежны, и снова конструкция падает, и под пение ливанской певицы люди падают на колени. За рухнувшей стеной - странное существо, так часто изображают инопланетян: бесполое, невысокое, неестественно белое, похожее на манекен. Новый бог или новая цивилизация - упавшие на колени люди опускаются вниз, в финале видны только их прощающиеся руки.

Шеркауи, начиная с 2002 года, не раз привозил в Авиньон свои работы, выступая то в качестве хореографа-постановщика, то в качестве исполнителя.

За плечами 35-летнего Шеркауи - солидная биография и великие имена его учителей - он закончил одну из самых престижных школ современного танца P.A.R.T.S. в Брюсселе, основанную Анной Терезой де Кеерсмакер. Параллельно Шеркауи активно изучал хип-хоп и джаз. Несколько лет состоял в труппе знаменитого хореографа Алана Плателя. В 2010 году ему удалось организовать собственную компанию, что позволило ему в полной мере воплотить мечту - свободно заниматься смешением культур, жанров и традиций. Компания Шеркауи называется Eastman - "Восточный человек". Хореограф работает с танцовщиками и музыкантами совершенно разного происхождения, разных культур и традиций. Среди его артистов - танцоры фламенко, индийские танцовщицы, шаолиньские монахи и музыканты разных направлений.

На фестивале открылась выставка художницы Софи Калль

Выставка французской художницы Софи Калль "Рашель, Моник" открылась в авиньонской Церкви Селестинцев в рамках французского Авиньонского театрального фестиваля.

Специалисты обычно относят творчество Калль к концептуальному искусству. Ее произведения и выставки, побывавшие во многих странах мира - смесь инсталляции и перфоманса.

Авиньонский фестиваль пригласил Калль впервые, выставку "Рашель, Моник" художница впервые представила в Японии в 2010 году, но для пространства Церкви Селестинцев переработала ее композицию.

Рашель, Моник - это имена матери Софи Калль, умершей в 2006 году от рака молочной железы. Перед смертью она передала дочери коробки с личными дневниками, которые вела, с перерывами, на протяжении почти 20 лет, с 1981 года. Так родилась идея выставки, состоящей из фотографий, личных вещей, записок. По словам художницы, предваряющим экспозицию, мать, передавая записки своей дочери, подозревала, что когда-то они станут частью ее творчества. Действительно, помещенные в пространство старой церкви с тяжелыми сводами, эти интимные вещи, соседствующие с аннотациями, рассказами самой Калль, приобретают оттенок сакральности.

Значительная часть экспозиции занята проиллюстрированным фотографиями рассказом художницы о ее путешествии в Лурд, в знаменитое место христианского паломничества. Следуя указаниям ясновидящей и картам таро, Калль отправилась в путешествие, когда ее мать была уже смертельно больна. В отрывочных рассказах, со скупыми эмоциями фиксирующих этапы этого пути - много упрямой надежды, настойчивого желания найти ответы на вопросы, становящиеся особенно острыми в моменты трагических потерь.

Центральная часть композиции занята лежащими на полу фотографиями надгробий, на каждом из которых написано слово mother. Эта вереница тяжелых могильных плит заканчивается еще одной, с надписью daughter.

Калль снимала последние часы жизни своей матери, настаивая на том, что таинственная сфера смерти не должна быть скрыта. Рядом с фотографией Рашель в гробу, художница разместила список вещей, которые положили в могилу. Это простое перечисление с краткими пояснениями рисует образ человека со всеми его особенностями. Том Марселя Пруста, пластинки Моцарта, фотография Мэрилин Монро, кумира матери Софи Калль, сигареты, виски - все то, из чего состояла жизнь этого человека.

Выставка "Рашель, Моник" работает на протяжении всех трех недель фестиваля. В течение этих дней художница сама прочтет выдержки из дневников своей матери - когда и в какие дни это будет происходить, заранее не объявляется. Как обычно, Софи Калль доверяется случаю и интуиции.

Художница, фотограф, писатель и режиссер Софи Калль родилась в Париже. Ее творческий путь начался в 1979 году - с экспозиции "Спящие" (Sleepers), обозначившей главные черты ее творчества. Выставка представляла собой ряд фотографий спящих людей - Калль приглашала незнакомцев провести восемь часов в своей постели, фотографировала, наблюдала, расспрашивала их об ощущениях, о снах.

Специалисты по современному искусству видят в творчестве француженки влияние американских авангардистов 60-70-х годов - Вито Аккончи и Дагласа Ублера. Настоящую славу Софи Калль принесли ее проекты, связанные с наблюдением за жизнью незнакомцев. После семи лет путешествий по всему миру она вернулась в Париж. Как-то ей пришло в голову пойти следом за незнакомым человеком, идущим по улице. За несколько лет до этого подобное проделывал Вито Аккончи, преследовавший незнакомцев и писавший подробные отчеты. Софи Калль ходила за незнакомыми людьми месяцами, записывая и фотографируя. Однажды она преследовала человека, а вечером их познакомили. Оказалось, что он собирался в Венецию - Софи Калль последовала за ним. В Венеции она изучала его маршруты, людей, с которыми он говорил, оставаясь незамеченной. Результатом этого эксперимента стала выставка и публикация книги "Suite venitienne" (Венецианская свита).

Все последующие проекты Калль были также связаны с наблюдением за людьми, с вторжением в личное пространство: экспозиция "Записная книжка" была инспирирована случайной находкой. По номерам телефонов Калль создала образ неизвестного ей человека, общаясь с его знакомыми и коллегами. Собирая материал для другой выставки, устроилась работать горничной, и в течение нескольких месяцев, убирая комнаты, внимательно изучала вещи постояльцев.

Постепенно в своем творчестве Калль двигалась от чужих, случайно встреченных людей к себе, своей личной жизни. В 1998 году она представила экспозицию "День рождения", на которой выставила тринадцать шкафов с нераспакованными подарками, полученными ею с 1980 по 1993 год.