Явление, во всех странах именуемое профессиональным нищенством, в России приобретает все больший размах, пишет газета "Новые известия". По некоторым данным, только 10% просящих милостыню не смогут без нее прожить
 
 
 
Явление, во всех странах именуемое профессиональным нищенством, в России приобретает все больший размах, пишет газета "Новые известия". По некоторым данным, только 10% просящих милостыню не смогут без нее прожить
RTV International

В конце минувшей недели министр внутренних дел РФ Рашид Нургалиев предложил внести изменения в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы и установить ответственность за использование несовершеннолетних в таком бизнесе, как попрошайничество. По данным экспертов, лишь 10% нищих действительно нуждаются в помощи.

Явление, во всех странах именуемое профессиональным нищенством, в России приобретает все больший размах, пишет газета "Новые известия". По некоторым данным, только 10% просящих милостыню не смогут без нее прожить. Остальные входят в организованные группы, которые работают "под прикрытием" милиционеров. Причем доля детей до 14 лет в "нищенском бизнесе" на сегодня составляет 60%.

В 1993 году была отменена статья 209 Уголовного кодекса, предусматривавшая уголовное преследование за "ведение паразитического образа жизни". Однако, по мнению газеты, своеобразная "легализация тунеядства" привела к тому, что буквально за несколько лет место настоящих нищих заняли профессиональные попрошайки.

Эксперты считают, что доля профессиональных нищих составляет 90% среди всех просящих милостыню. Только в столице и Московской области ежегодный оборот от профессионального попрошайничества, в котором задействованы до 100 тысяч человек, составляет несколько миллионов долларов.

Доверчивость россиян и бездействие властей - основа "нищенского предпринимательства", утверждает издание. По данным последнего опроса, 55% граждан убеждены, что у просящих подаяние есть и другие возможности прокормиться. Однако 69% все равно подают милостыню регулярно. В российском консервативном сознании всякое подаяние - дело благочестивое.

В то время как нищие "профи" оттачивают свое мастерство по "отъему денег относительно честным способом" посредством эксплуатации чувства жалости, правоохранительные органы сетуют на отсутствие у них инструментов для решения проблемы. "У нас нет реальных рычагов, чтобы сломать "нищенский бизнес". Что можно инкриминировать человеку, который бродит по вагонам и собирает подаяние? Даже если есть подозрения, что попрошайка - мошенник, доказать это очень тяжело, - объясняет один из оперативников столичного отдела внутренних дел на транспорте. - У них (нищих) всегда куча отговорок, которые невозможно проверить. На это нужно время, а мы как раз временем ограничены: ведь максимум, что нам разрешено, это задержать на три часа для выяснения личности", - продолжает милиционер, не поясняя при этом, на что же конкретно не хватает времени стражам порядка.

"Руки у нас связаны и в тех случаях, когда попрошайничеством под контролем взрослых занимаются дети, - свидетельствует сотрудник на страницах "НИ". - Такая опека попадает под действие статьи 151 УК РФ, однако ее действие не распространяется на случаи, когда родители заставляют детей просить милостыню из-за того, что им нечего есть. Какой смысл задерживать малолетнего попрошайку с родителями, если они сразу начинают рассказывать заученные слезливые истории? Мы можем лишь составить протокол об административном правонарушении и отправить его по месту прописки или регистрации задержанных".

Однако сами "нищие" по иному объясняют причины "беспомощности" внутренних органов. "Над нами "командят" менты, - откровенничает Галия, одна из девушек-музыкантов, играющих на "Площади Революции". - Без ментов мы не проработали бы и дня - они очень оперативно нас отлавливают. И 30-40% ежедневного гонорара уходит им в карман. Иначе мы остались бы вообще без денег".

Галия с сестрой зарабатывают в день до 3 тысяч рублей. Приехав в Москву из Барнаула две студентки-первокурсницы быстро поняли, что заработать деньги в столице не сложно, главное - влиться в ритм и не ссориться с конкурентами, замечают авторы статьи.

Актерские тренинги для нищих

По мнению Марии Кудрявцевой из Санкт-Петербургского центра независимых социологических исследований, "успешный профессиональный нищий - эксперт по социальным проблемам и кризисным ситуациям. У всех у нас в сознании и на виду старички и старушки, которым не хватает на жизнь мизерной пенсии. Значит, и на улицах мы будем встречать нищенствующих стариков. Для женщин важным ресурсом является общественная ценность материнства. Поэтому женщина с ребенком - еще один очень распространенный тип».

Общество хорошо осведомлено о нерешенных проблемах участников боевых действий в Чечне и Афганистане, и обычные калеки в армейском камуфляже составляют более 20% от общего числа "профессионалов". После "рабочей смены" их забирает автобус и везет на специально арендуемую для них квартиру.

Мегаполисы богатеют, и это учитывает "нищенская мафия". Она успешно использует новый образ, одним внешним видом демонстрирующий: "У меня все хорошо, я такой же успешный, как и вы, просто попал в беду". В этом случае, как правило, звучит версия об ограблении на вокзале или сборе денег на лечение близкого человека.

Для нищих даже проводятся курсы профессионального мастерства, утверждает издание. Предводители нищих нанимают психологов, обучающих, что, с какой интонацией и в какой момент нужно говорить, выпускников театральных вузов. В нищенском бизнесе, как и в любом другом, на определенном этапе происходит переход от кустарной деятельности к узко специализированной. Поэтому нищие все реже работают в одиночку. Например, в вагонах электричек и метро рассаживаются их подельники, исполняющие роли обычных пассажиров. Как только в вагон входит коллега и начинает жалобно просить "Христа ради", они демонстративно протягивают ему крупную купюру.

500 долларов за калеку

Картину успешного бизнеса, обрисованную газетой, портит лишь замечание, что сами "профи" (по крайней мере многие из них) сами не рады своему положению. Маленьких попрошаек чаще всего принуждают к такого рода заработку пьющие родители. Другие попадают в рабство к средней руки "мафиози" или к цыганам. Впрочем, последние больше предпочитают инвалидов.

За безногого калеку в интернате, по некоторым данным, московские цыгане готовы дать "выкуп" до 500 долларов. Пару лет назад сотрудники столичных правоохранительных органов задержали группу из 19 цыган, которым позже было предъявлено обвинение в использовании рабского труда инвалидов. Двое из бедолаг, доведенные до отчаяния, сами пришли в милицию, где рассказали, что приехавшие в их интернат цыгане обрисовали им самые радужные перспективы жизни в столице - комфортное жилье и непыльную работу. Жилье оказалось тесной комнатой, где вповалку спали такие же обездоленные люди, местом работы которых оказалось метро. "Норма выручки", установленная для калек, составляла 2,5 тысячи рублей с человека. Если инвалид не набирал необходимой суммы, его избивали и лишали еды.

В иных случаях выручку - на профессиональном жаргоне "дневник" (от слова "день", с ударением на первом слоге) - у них забирают не сами хозяева, а контролеры-"бденцы" (от слова "бдить"). На каждого нищего приходится по два "бденца": один доставляет "раба" к месту работы, а вечером отвозит на ночлег, другой следит за выручкой. "Бденцы" также обязаны образумить "раба", если тот задумает "подать заявление об уходе".

Бригадный подряд

В московском метро движение нищих по разноцветным веткам отрегулировано до автоматизма: ни шага влево, ни шага вправо, и без лишних вопросов. Самые "нищие" ветки - красная и синяя. Жуткие жизненные истории звучат практически на каждой станции с интервалами в три минуты, отмечает издание.

По мнению НИ, на Сокольнической линии метро можно встретить довольно странного инвалида респектабельной внешности, который опрятно одет и побрит, но сидит с протянутой рукой. Обычно он сидит на станции "Юго-Западная", и все нищие "красной ветки" по нескольку раз в день приезжают туда, чтобы отдать выручку. При этом место его дежурства меняется каждый год, а раньше "бригадира" можно было видеть в Филях.

На Калужской и Замоскворецкой линиях орудует цыганская мафия. И потому, как пишет газета, "славянские" нищие здесь даже боятся появляться. Цыганские дети падают на колени, целуют ноги, иногда заходят специально в набитые битком вагоны, где воруют сразу множество кошельков, после чего "забывают" русский язык. Последнее происходит от того, что дети не хотят оправдываться, утверждают корреспонденты НИ. Правда остается непонятным, причем здесь попрошайничество.

"Беспредел абсолютный - бомжи, цыгане, калеки, дети, музыканты! Лично мне совершенно непонятно, куда смотрят власти!" – передает газета "крик души" работницы метрополитена Клавдии Силаевой.

Тюрьма, приют и вагон метро как способы иждивенчества

Хотя Юрий Лужков заявлял, что покончит с нищенством еще в 2000 году, ситуация в Москве критическая, приводит газета мнение экспертов. "Никакого специального закона о попрошайничестве у нас нет, - говорит депутат Мосгордумы Иван Новицкий. - Но в любом случае он может быть принят только на федеральном уровне. О попрошайничестве упоминается в городском Административном кодексе, который буквально на днях мы приняли во втором чтении. Там определена ответственность за назойливое приставание к людям с целью получения денежных средств. Штраф составляет несколько минимальных размеров оплаты труда".

Однако парламентарий вынужден признать, что эффективного механизма распознавания афериста в ряду настоящих нищих закон не предусматривает. Более того, эта проблема лежит вне правового поля. "Проблема в том, что очень сложно отличить действительно нуждающегося человека от мошенника. Может, человек выглядит назойливым именно оттого, что впал в полное отчаянье. Этот вопрос только с помощью Административного кодекса не решить".

Наплыв "новых юродивых" вызывает беспокойство у церковных иерархов, поскольку многие из них собирают деньги якобы для храмов и монастырей. Чтобы не компрометировать лишний раз церковь, патриарх Алексий II был вынужден запретить собирать подаяние в публичных местах, а не на паперти. Однако люди все равно готовы помогать обездоленным в любой ситуации и их трудно винить, если такая помощь не находит достойного адресата. "Если даже десять просителей обманывают, одиннадцатый может оказаться человеком, которого действительно постигла беда", - заключает Алексий II.

В заключение газета обращается к неоднозначному опыту петровских времен, когда государство репрессивными методами боролось со всеми слоями общества: от "слуг государевых" в лице стрельцов до нищих и убогих. Тогда Петр I в одном из указов ввел штраф для тех, кто подает ложным нищим, в размере 5 рублей (в первой половине XVIII века зарплата канцелярского служащего, например, едва превышала 1 рубль в месяц). За принуждение к нищенству детей взрослые могли попасть в острог (тюрьму) или на каторгу.

В заключение "НИ" между прочим замечает, что в царской России, одновременно с карательной политикой по отношению к юродствующим, существовала разветвленная сеть приютов и богаделен. Напротив, в современной России милосердие и правосудие разошлись по разным направлениям.

Думается, что глубинные причины нищенства лежат в иждивенческой психологии, а тюрьма, приют или вагон метро являются лишь формами ее проявления.


Кубанские нищие

Кубань, будучи регионом хлебным и теплым, с незапамятных времен манила к себе всякого рода попрошаек и нищих. Каждую зиму на юг мигрировали "босяки", которые и промышляли по станицам и хуторам нищенством. С весной вся эта отправлялась в Центральную Россию.

Однако в последние годы ситуация начала меняться. Стало меньше нищих на церковных папертях. Мат, культи, которые побирушки совали прямо в лицо прохожим, драки и даже случаи поножовщины исчезли после того, как за каждым храмом было прикреплено казачье общество, которое и занялось наведением порядка.

Спокойнее стало и на продовольственных рынках Краснодара. После их приватизации охранники, нанятые новыми хозяевами рынков, быстро указали нищим на место. Попрошайничать стали меньше. Но количество нищих вовсе не снизилось. Они просто перебрались на свалки и полигоны края. Занявшись другим прибыльным "бизнесом" - сбором бутылок и ценных металлов.

Зарубежный опыт

Израиль

В Израиле трудно не только умереть с голоду, но даже долго оставаться голодным. На любом рынке под прилавком со стороны покупателя всегда лежат овощи и фрукты, которые, хотя и чуть подпорчены, но вполне съедобны. Любой может наклониться и взять этот товар совершенно бесплатно. В пятницу вечером рыночные торговцы остатки нераспроданного товара (даже если он отменного качества) бесплатно раздают всем желающим.

Бережливые израильтяне никогда не выбрасывают добротные, но со временем оказавшиеся ненужными вещи. Обычно они выстирываются, гладятся, складываются в аккуратные кульки и выставляются на улицу. Между тем большинство израильских бездомных предпочитает брать деньгами, то есть попрошайничать. Благо это законом не запрещено.

Более того, нищие активно взаимодействуют с полицией. На днях попрошайки Иерусалима, Тель-Авива и Беэр-Шевы написали коллективное письмо в Дорожный отдел израильской полиции с просьбой подольше держать машины на светофорах. По их мнению, зеленый загорается слишком быстро, поэтому водители не успевают подать милостыню. А раскошелиться израильтяне готовы всегда. Согласно Торе, Библии и Корану человек обязан помогать своему ближнему. В Израиле считается, что пожертвования подчеркивают доброту дающего.

Германия и Австрия

Как в ФРГ, так и в Австрии нищенство разделяется на разрешенное - "пассивное" и "агрессивное". Последнее означает, что попрошайка активно пристает к прохожим, преследует их и назойливо клянчит евро. Такое поведение карается штрафом в 200–300 евро и конфискацией "добычи".

Впрочем, местных нищих такие санкции не пугают. Мюнхенский попрошайка в час зарабатывает порядка 12 евро, что значительно превышает тарифные ставки многих рабочих. По данным немецкой полиции, из Словакии и Румынии в Мюнхен ежедневно приезжают несколько автобусов с профессиональными нищими. Суточный доход каждого из них превышает 150 евро. Однако только десятая часть денег остается у просителя. Остальное переходит в кошельки главарей "нищенской мафии".

Противодействуя организованному попрошайничеству, власти Мюнхена еще в конце 2005 года запретили его во всех пешеходных зонах города. Этому примеру последовала и Вена. А вот в немецком Гамбурге и австрийском Граце даже робкая попытка сузить географию "охотников за милостыней" натолкнулась на яростные протесты ряда политиков и либеральной общественности. Единственное, чего удалось добиться, так это заставить нищих заполнять налоговую декларацию, в том случае, если их "бизнес" дает доход, превышающий 7,6 тыс. евро в год.