Похоже, что первоочередной задачей Шредера как бывшего канцлера Германии является защита Путина и служение интересам российской энергетики Герхард Шредер на одном из выступлений позволил себе выпад в адрес Меркель, обвинив ее в эмоциональности
ВСЕ ФОТО
 
 
 
Похоже, что первоочередной задачей Шредера как бывшего канцлера Германии является защита Путина и служение интересам российской энергетики
Архив NEWSru.com
 
 
 
Герхард Шредер на одном из выступлений позволил себе выпад в адрес Меркель, обвинив ее в эмоциональности
 
 
 
Герхард Шредер всего через несколько недель после своего ухода с поста канцлера заявил, что приступает к работе в международном консорциуме, а также в "Газпроме"
НТВ

Обычно бывшие канцлеры Германии выращивают цветы, пишут мемуары и выступают с лекциями. Однако Герхард Шредер превратился в защитника российских интересов в Германии. И бесстыдным образом вмешивается в политику своей преемницы Ангелы Меркель, пишет Der Spiegel. Ведущий в Германии еженедельник анализирует действия Шредера и его взаимоотношения с Москвой.

Присягой, которую канцлер приносит при вступлении в должность, он обязуется, в частности, посвятить все свои силы благу немецкого народа, действовать ему на пользу, ограждать его от потерь и быть справедливым к каждому. О том, чем он должен или может заняться после ухода с государственной должности, в тексте присяги ничего не говорится.

Обычно бывшие канцлеры находят себе какое-нибудь хобби. Один выращивает розы, другой пишет мемуары. Экс-канцлеров любят приглашать в качестве почетных гостей на конгрессы, ярмарки и мероприятия, организуемые в благотворительных целях. При этом для их публичных выходов действует неписаное правило - бывшее первое лицо государства никогда не высказывается по поводу ныне действующего первого лица, говорит Ханс-Ульрих Клозе, депутат бундестага от Социал-демократической партии Германии (СДПГ) и председатель парламентского комитета по внешней политике.

Герхард Шредер здесь исключение, причем сразу в нескольких отношениях. Уже в ночь непосредственно после выборов он рассказал, какие чувства питает к своей преемнице - ничего, кроме неприкрытого презрения. И всего через несколько недель после своего ухода с поста канцлера он заявил, что приступает к работе в международном консорциуме, а также в "Газпроме", предприятии, теснейшим образом связанном с российским аппаратом государственной власти.

До него ни на что подобное не отваживался ни один бывший канцлер. Дурно пахнущая затея, ведь Шредер, как ни один его предшественник на посту канцлера, всегда рьяно подчеркивал роль морали в политике, в последний раз - когда он отказал американцам в их просьбе принять участие в войне в Ираке. Позиция Шредера в отношении России всегда была противоположной. Он называл российского президента Владимира Путина "истинным демократом", а говоря о войне в Чечне, каждый раз демонстрировал крайнюю терпимость: "Любой подход должен быть дифференцированным".

К России Шредер прикипел душой

К России, писала еще в конце 2005 года газета Handelsblatt, "Шредер прикипел душой". И с тех пор ничего не изменилось. Похоже, что первоочередной задачей Шредера как бывшего канцлера Германии является защита Путина и служение интересам российской энергетики. Если раньше он представлял в мире немецкие интересы, то сегодня в Германии и Европе он представляет интересы российские. По-иному не объяснишь его выступление в конце минувшей недели на Европейском форуме Квандта в Берлине.

Шредер выступил с речью и говорил, главным образом, об "энергетическом партнерстве" между Россией и Европой. "Нет ни одной другой страны, которая была бы столь надежным поставщиком энергоносителей, как Россия", - сказал он, любая критика России всегда должна "учитывать общие условия", и кто полагает необходимым критиковать процессы, идущие в Москве, тот не имеет права молчать о ситуации в Грузии. И добавил: "Европа должна воздерживаться от всего того, что может быть понято как политика сдерживания или изоляции". Лучше и точнее не мог бы сказать даже сам российский министр иностранных дел - что называть "политикой изоляции", решаем мы.

Так же, как до 1989 года говорилось о "переменах через сближение", так сейчас Шредер говорит о "сближении через интеграцию" - лозунг, который выдвинул его друг и министр иностранных дел Франк-Вальтер Штайнмайер (СДПГ). Он всегда подчеркивал особое значение России для Германии в вопросе "надежности снабжения" и требовал от немцев развивать отношения с Советским Союзом, пардон, с Россией, в духе "доверия и позитивизма". Ведь Россия сегодня - это "уверенная в себе политическая и экономическая сила".

Настолько уверенная и настолько сильная, что безо всяких угрызений совести отказывает немецким летчикам в праве пролета над ее территорией (имеется ввиду скандал с Luftgansa Cargo: РФ под угрозой запрета пролета над своей территорией потребовала перенести азиатский узловой аэропорт из Астаны в Красноярск - прим. NEWSru.com) и угрожает перенацелить свои ракеты на Западную Европу - две мелочи, о которых представитель "Газпрома" даже не счел должным упомянуть.

Подножка преемнице Меркель

Зато в начале своего выступления он позволил себе выпад в адрес канцлера, правда, не называя ее по имени. Нельзя слушать тех, "кто снова хочет возвести стены, на этот раз словесные и идеологические". "Некоторые делают это, ссылаясь на ее биографию, ее опыт с системами вроде ГДР". Он может понять такую "эмоциональность", сказал Шредер, но ею нельзя руководствоваться в международной политике.

Большей подлости представить себе невозможно. Тогда как Меркель позволяет себе руководствоваться эмоциями, Шредер исходит исключительно из объективных критериев. Что, в определенной степени, верно, если, конечно, назвать эти критерии поименно: польза и вред для сегодняшней России, которую "никоим образом нельзя ставить на одну доску с бывшим Советским Союзом". Банальность, хотя и справедливая. Ведь в своих пиар-кампаниях Советский Союз ориентировался на таких сатрапов, как Коммунистическая партия Германии, а сегодня Россия отправляет на международную арену бывшего немецкого канцлера.

Защита Шредером российских интересов, которые он приравнивает к европейским, это, конечно, нечто большее, чем его личная mission possible. Дело касается политики, которая начиналась с прагматизма и заканчивается оппортунизмом. В Германии социал-демократы снова открывают для себя социальную справедливость и демократический социализм, но на международной арене они распрощались со всем, что называется приличием и нравственностью.

Именно в Пекине Шредер выступил с критикой в адрес канцлера за то, что она приняла в федеральной канцелярии Далай-ламу. Он сам никогда бы так не поступил. Он, в отличие от Меркель, также никогда не устраивал демонстративных встреч с российскими диссидентами в Москве. Его сопротивление войне в Ираке определялось не моральными, а в какой-то мере также экономическими соображениями – он не хотел загубить рынок, в котором были заинтересованы немецкие экспортеры. "Нет нефти ценой крови!" - это, конечно, хороший лозунг, однако он не относится к российскому газу. А что касается отношения бывшего канцлера к канцлеру действующему, то все необходимое по этому поводу сказал недавно Вольф Бирман (известный немецкий бард, который в 1976 году был выслан из ГДР в ФРГ. - Прим. ред.): "Она проделала длинный путь - от девочки на побегушках у Коля до фиаско Шредера".