Журналисты нашли видеозапись лекции агентам Штази легендарного британского перебежчика Кима Филби Чтобы попасть в МИ-6, Филби стал журналистом Times, освещал войну в Испании, заводил знакомства в британском истеблишменте и, встречаясь с представителями лондонского правительства, усиленно намекал, что хотел бы попробовать себя в шпионаже
ВСЕ ФОТО
 
 
 
Журналисты нашли видеозапись лекции агентам Штази легендарного британского перебежчика Кима Филби
© РИА Новости
 
 
 
Чтобы попасть в МИ-6, Филби стал журналистом Times, освещал войну в Испании, заводил знакомства в британском истеблишменте и, встречаясь с представителями лондонского правительства, усиленно намекал, что хотел бы попробовать себя в шпионаже
Global Look Press
 
 
 
Гарольд Адриан Рассел Ким Филби скончался в Москве в 1988 году в возрасте 76 лет
Сергей Семёнов / wikipedia.org

Журналисты BBC отыскали в архивах восточногерманской секретной службы Штази неизвестную прежде видеозапись лекции одного из руководителей британской разведки, работавшего на СССР Кима Филби. Это единственное доступное общественности признание британского аристократа в работе на несколько мировых разведок.

Лекцию, которая состоялась в 1981 году, Филби начинает словами "Дорогие товарищи". Запись, судя по всему, никогда не предназначалась для демонстрации широкой публике, поэтому бывший офицер МИ-6 открыто говорил о том, как ему удалось внедриться в британскую разведку. Свою службу Ее Величеству он называет тридцатью годами "в лагере противника".

Сын известного арабиста и чиновника британской колониальной администрации в Индии, Ким Филби почувствовал симпатии к социалистическим идеями во время учебы в Кембридже. Его вербовка советским куратором состоялась в 1934 году, когда у молодого человека не было ни работы, ни перспектив ее найти.

Чтобы попасть в МИ-6, Филби стал журналистом Times, освещал войну в Испании, заводил знакомства в британском истеблишменте и, встречаясь с представителями лондонского правительства, усиленно намекал, что хотел бы попробовать себя в шпионаже. Ему удалось добиться желаемого и попасть в SIS - Секретную службу разведки, или, иначе, МИ-6.

В разговоре с агентами Штази и сотрудниками Министерства государственной безопасности ГДР Филби говорит, что красть государственные секреты оказалось невероятно просто - достаточно было несколько раз в неделю выпивать с архивистами. "Каждый вечер я уходил со службы с полным портфелем донесений, которые сам писал, папками и настоящими документами из архива. Вечером я передавал их моему советскому контактному лицу. Наутро я получал все папки обратно, их содержимое уже было сфотографировано, и рано утром я клал документы на место. И это я делал из года в год", - говорит он.

Через некоторое время Филби назначили заместителем руководителя нового отдела МИ-6 по противодействию советскому шпионажу. Москва потребовала, чтобы он избавился от начальника, Феликса Каугилла, и занял его место. Для того чтобы выполнить задание куратора, двойному агенту пришлось прибегнуть к бюрократическим интригам. Сам он называл историю "грязной", отмечая, что "в нашей работе приходится время от времени пачкать руки ради дела, которое само по себе никоим образом не запятнано".

Филби считал, что предотвратил новую мировую войну

Британские журналисты отмечают, что предательство Филби стоило не только карьеры его начальнику, но и жизни многим людям. Так, будучи офицером связи взаимодействия с ЦРУ и ФБР в Вашингтоне, он слил советским спецслужбам информацию о забросе в Албанию тысяч эмигрантов для свержения тамошнего коммунистического режима. Многие из этих людей погибли.

The Telegraph в свое время обвиняла перебежчика в гибели сотен агентов, которые были заброшены в Восточный блок в послевоенный период. Газета приводила слова Майкла Смита, автора книги "Шесть" об истории МИ-6, который говорил, что Филби сорвал "все планы в Прибалтике, Польше, Албании и на юге Советского Союза".

Сам Филби в лекции Штази говорит, что считает сделанное своей заслугой. По его мнению, успех албанской операции подвиг бы ЦРУ и МИ-6 на те же методы в других странах, скажем, Болгарии, а это заставило бы Советский Союз вмешаться, что могло перерасти в полномасштабный конфликт.

Ким Филби, названный, к слову, не в честь коммунистического интернационала молодежи, а по роману Редьярда Киплинга, входил в так называемую "Кембриджскую пятерку" - группу высокообразованных молодых людей из аристократии, шпионивших на СССР. В 1951 году Гай Берджесс и Дональд Маклин бежали в Советский Союз, и спецслужбы подозревали, что неуловимым "Третьим" может быть руководитель "советского" отдела МИ-6.

В своей лекции перебежчик предполагает, что ему удалось избежать разоблачения по двум причинам. Во-первых, из-за британской классовой системы, которая не позволяет людям из высшего общества принять, что человек из круга окажется предателем. А во-вторых, слишком многие в МИ-6 оказались бы под ударом, если бы стало ясно, что Филби шпион.

Официально он ушел со службы, однако быстро вернулся в британскую разведку и отправился в Бейрут под журналистским прикрытием. Он прибыл туда вскоре после Суэцкого кризиса 1956 года и принялся регулярно выпивать в любимом Joe's Bar с сотрудниками посольства Великобритании, передавая добытую информацию советским спецслужбам.

Карьера двойного агента прервалась из-за случайной встречи в Тель-Авиве. Некая особа, пользовавшаяся доверием британской разведки, сообщила, что к ней обращался Филби с предложением шпионить в пользу русских. Эту информацию передали узкому кругу высших руководителей МИ-5 и МИ-6, который решил, что улик, указывающих на предательство Филби, собрано достаточно и настало время устроить ему допрос. Однако вместо следователя в Бейрут для этого был отправлен лучший друг Филби - Николас Элиотт.

Встреча произошла в середине января 1963 года, а 23 января Филби исчез. Он уехал на борту сухогруза "Долматов" под советским флагом и через Одессу направился в Москву. Позднее выяснилось, что запись разговора, во время которого Филби якобы признался в предательстве, низкого качества и оттого совершенно неинформативна, от письменного признания тоже было мало толку.

Побег навстречу водке и разочарованиям

В Британии побег Филби отнюдь не сразу стал сенсацией - подумаешь, пропал сильно пьющий журналист средних лет. В письме в Министерство иностранных дел британский посол в Бейруте деликатно предположил, что тот уехал на "романтический уик-енд". Отсутствие Филби лишь через шесть недель заметила газета Observer, на которую он работал. Однако когда новость о его исчезновении вырвалась наружу, в адрес британской разведки зазвучали нескончаемые упреки.

В разговоре с восточногерманскими коллегами Филби дает один совет, который сослужил ему добрую службу - никогда не сознаваться. "Они меня допрашивали, чтобы сломить мою волю и заставить сознаться. И мне нужно было всего лишь сохранить решимость. Поэтому вам я советую всем вашим агентам говорить, чтобы никогда не сознавались", - говорит он.

Стоит добавить, СССР оказался далеким от того социалистического рая, который существовал в воображении выпускника Кембриджа. Кроме того, к нему отнеслись не как к герою, а как к предполагаемому двойному агенту. Так что в Москве бывший британский подданный начал спиваться.

Генерал КГБ Олег Калугин, посетивший квартиру Филби в доме недалеко от улицы Горького в 1972 году, говорил, что его встретила "человеческая развалина, от которой несло водкой". Калугину было поручено привести перебежчика в порядок, чтобы Кремль мог продемонстрировать способность обеспечить своим "кротам" безмятежную жизнь в отставке. Однако после "просушки" на работу в КГБ Филби так и не попал. Ему предоставили отремонтированную квартиру, обеспечили поставки оксфордского конфитюра, вустерширского соуса и романов Вудхауса, а также жену - четвертую в его жизни.

Гарольд Адриан Рассел Ким Филби скончался в Москве в 1988 году в возрасте 76 лет. В 2010 году Служба внешней разведки (СВР) установила мемориальную доску в память о нем. Вдова разведчика, Руфина Пухова, после смерти Филби опубликовала свои мемуары, включив в них автобиографические заметки мужа. В них он говорит о разочаровании и том, что обещания построить коммунизм оказались обманом.