Guardian: дело об экстрадиции Закаева становится для России катастрофой
 
 
 
Guardian: дело об экстрадиции Закаева становится для России катастрофой
Архив NEWSru.com

Чеченцам удается настроить лондонский суд против российских обвинителей, пишет сегодня The Guardian (перевод на сайте Inopressa.ru).

Издание напоминает, что на прошлой неделе съехавшиеся в Лондон "сливки" российской системы правосудия отправились на штурм магистратского суда N3 на Боу-стрит, надеясь убедить судей в необходимости экстрадировать чеченца, которого в России уподобляют Усаме бен Ладену.

Ахмед Закаев, главный представитель последнего избранного президента Чечни Аслана Масхадова, обвиняется в России в членстве в вооруженной чеченской группировке, которая причастна к террористической деятельности, пыткам подозреваемых информаторов и похищению двух православных священников. Сам Закаев все обвинения в свой адрес отрицает.

Он бодро вошел в зал суда и пожал руки всем сидевшим на скамье для прессы. Его российские обвинители вошли в зал хмурые, потому что как только они заняли место на скамье свидетелей, уважаемые коллеги из Москвы и Грозного подверглись критике своих ученых коллег из Лондона.

Со свидетелями, которых вызвало российское государство, происходили какие-то странные вещи: на скамье свидетелей сидел живой и невредимый российский монах, в убийстве которого обвиняется Закаев. Бывший телохранитель Закаева, которого усердно показывали по российскому ТВ с заявлениями, в которых он осуждал своего босса, ни с того ни с сего оказался свидетелем защиты Закаева, заявляя, что ложные показания из него выбили под пытками.

"Мое тело почернело от побоев. Я не мог ходить. Я лежал, и мои сокамерники помогали мне вставать. Я был в ужасном состоянии", - заявил Дук-Ваха Душуев.

Еще более противоречивыми были признания, полученные во время перекрестных допросов: российский обвинитель, ранее настаивавший на том, что телохранитель сделал заявление против босса добровольно, признал, что подозреваемого доставило в его офис ФСБ, и что до этого мог находиться в заключении. Почему он скрыл этот факт в своих свидетельских показаниях? "Я не посчитал это важным", - ответил он.

Неужели он не знал, что ФСБ в Чечне регулярно пытает подозреваемых, добиваясь от них признаний? "Я впервые об этом слышу", - заявил он.

Интересно, что эксперт Генпрокуратуры Владимир Бессарабов, заместитель директора НИИ проблем укрепления законности и правопорядка при Генпрокуратуре России, во время перекрестного допроса не исключил, что пресс-конференция, проведенная в январе заместителем генпрокурора Сергеем Фридинским, на которой Закаева назвали эмиссаром террористического режима, сокращает шансы на справедливый суд над Закаевым в России.

На просьбу адвоката Эдварда Фитцжеральда признать, что полиция и прокуратура не должны потворствовать и содействовать получению показаний у свидетелей такими способами, профессор Бессарабов заявил: "Я очень благодарен, что вы рассказали мне об этом. Когда я приеду домой, то поговорю со своими коллегами, не ввести ли нам что-то подобное. Но, конечно, с такими вещами нужно обращаться очень аккуратно. Закон - вещь деликатная".

Профессор Бессарабов далее допустил, что довольно странно, что в ноябре 2001 года, через два месяца после выдвижения против Закаева уголовных обвинений, представитель Путина встретил Закаева в московском аэропорту, как посланника мира. Тут же, правда, Бессарабов пояснил, что арест Закаева не входил в обязанности представителя Путина, и, к тому же, он мог не знать о решении, принятом прокуратурой, а прокуратура могла не знать о готовящейся встрече между Закаевым и представителем Путина.

Драма в зале суда усиливалась резкими общественными заявлениями вне его. Когда актриса Ванесса Редгрейв заплатила за Закаева залог в 50 тыс. долларов, министр иностранных дел России Игорь Иванов уподобил Закаева бен Ладену. "А если бы в Лондон прибыл другой террорист - бен Ладен, который так же, как и Закаев, объявлен в международный розыск? - сказал Иванов. - И если бы бен Ладен заявил о том, что готовятся новые теракты против гражданских объектов в США, как поступили бы с ним? Так же как с Закаевым? Побеседовали бы в полицейском участке, а затем отпустили бы на улицу?"

Свидетели с российской стороны обнаружили, что лондонский суд обернулся против них. Вместо Закаева критике подверглась законность в России.

По словам британского юриста, знакомого с деталями суда, "впервые российские чиновники отвечали под присягой на вопросы суда о Чечне, о том, что там происходит: антитеррористические операции или полномасштабная война, о существовании в Чечне параллельной пенитенциарной системы, где заключенных пытают и убивают, - и во главе всего этого стоят министерство внутренних дел и ФСБ".

Как отмечает российская журналистка Анна Политковская, статьи которой о Чечне использовались защитой в качестве свидетельств, происходящее в Лондоне имеет огромное значение для всех, в том числе, - для сотен ее друзей, которые сейчас томятся в чеченских тюрьмах.

"Это манна небесная, - заявил высокопоставленный представитель чеченской делегации. - Если мы выиграем это дело, появившиеся здесь свидетельства могут стать основой для международного суда над Россией за совершенные в Чечне военные преступления".